Мерри, пожирательница снов

Что значит «съесть сон»? взять и съесть. Как пончик. Выбрать, покрутить в руках – свежий, теплый, весь в пудре... эх, пропадай, моя диета! – надкусить, порадоваться запаху ванили и вкусу сдобы, слизнуть повидло. И всё. В смысле, процесс смакования сна-пончика завершен. Дальше он перестает быть. Перестает быть сном или пончиком, становится пищей. А пища – это хорошо, это необходимое условие метаболизма – и тела, и аниме-индустрии. Совершенно естественно жертвовать снами и пончиками для поддержания жизни и создания сюжетов.


Это я к чему?.. (да ты жуй-жуй; сны в том году испеклись отменные!) да, к тому, что «Мерри, пожирательница снов» хороша. Особенно там, где сны еще не надкушены ни ею, ни сюжетом! Весь сериал, как прилавок свежевыпеченных, аппетитных грёз – вот они лежат, ванильные и шоколадные, с вареньем и сгущенкой, в глазури и обсыпке, выбирай любую, ах! Ночной ветер над ячменными колосьями; скрипучие, как корабельные остовы, рыбьи скелеты; готические витражи мортальной романтики; пестрый ужас космического цирка – а какие сны вы предпочитаете? Заварные или кремовые, послаще или пострашнее, про радость побед или про сладость поражений? В каких отношениях с вашим демоном грёз вы желаете состоять: вам снизу или сверху, с уговорами или садо-мазо? То, ради чего стоит смотреть «Мерри» – это еще не съеденные ею сны. Их пространства и природа, дизайн и диагноз. Индивидуальная красота, страннота, изюминка и безуминка. Каждый –чей-то персональный ад и/или рай. А прогулки по чужому заповедному действительно увлекают... Главное, успеть насладиться сном прежде, чем Мерри и сценаристы его съедят!


Потому что разжеванные сны становятся обычным анимешным химусом – содержимым ментального желудка любого отаку: «Верь в себя!» «Я буду тебя маморить! – нет, это я буду тебя маморить, я обещал! – хорошо, тогда я буду маморить тебя, пока ты маморишь меня, вдвоем мы сможем!!!» Герои станут спасать и мстить, и (не-)отказываться от мести, и проявлять благородство/вероломство в предсказуемых местах, съездят на пляж, сходят в школу и обязательно поработают в ресторанчике со всеми предписанными оборками. И это вовсе не плохо. Без этого не наступает сытость: не складывается сюжет, не живет жанр. (Кстати, наша желчь – боюсь, мы частенько бываем желчны по поводу аниме-штампов! – совершенно необходима для расщепления жанровых жиров: мы б не справились с усвоением всех этих подвисающих поединков и тяжелых цундере-липидов.) Так что сюжет прост, как любое физиологическое отправление: она из Мира Грёз, он из десятого класса, враги не дремлют, и пончики не черствеют. Ешь, что дают, и вырастешь большой и сильный!..


А если мы уже выросли довольно большие?.. Так тем больше поводов становиться разборчивыми! – немного того, кусок вот этого. Много пончиков вредно, но зрелище красивых грёз пробуждает аппетит. Один давнишний французский гурман (ах, как французы понимают в еде!..) – тоже, кстати, изобретший изрядный пончик – сказал: «Анимефаг насыщается, отаку ест, а мы с тобой предпочитаем вкушать». То есть, немножко можно! Исключительно для вкуса. Для радости встречи с прекрасными демонами. Для того, чтоб насладиться свежайшими грезами. Для удовольствия видеть, как шапочка Мерри летает над полями, а вороны смотрят на нее глупыми и всё понимающими глазами.